Арсений НЕСТЕРОВ: «Здесь всё очень жестко!»
С 27 апреля по 6 мая в курортной столице России – Сочи состоится традиционный командный чемпионат России. Одним из фаворитов турнира, безусловно, будет команда Московской области, за которую сыграет действующий чемпион страны, Арсений Нестеров. В этом году дела у 23-летнего гроссмейстера идут пока не лучшим образом, так что битва за командное «золото» – идеальный момент подтвердить свой статус, показать, кто есть кто!
Нестеров – не из тех людей, которые много говорят, он из тех, которые много делают. Удовольствие наблюдать за его спокойствием и самоконтролем, умением анализировать ситуацию и дисциплиной, способностью смотреть на себя со стороны и давать правильную оценку событиям. Едва ли есть сомнения, что он «переварит» все последние события, сделает из них правильные выводы – и вернется еще более сильным, уверенным в себе бойцом…
– Когда видишь твою шахматную биографию, невольно начинаешь путаться – откуда ты и кого представляешь? Санкт-Петербург, Великий Новгород, Подмосковье, Екатеринбург… Вы «чьих будете», гроссмейстер?
– Начнем с того, что в Питере я только родился и почти там не жил. Шахматами я начал заниматься в Новгороде, и, наверное, меня можно считать представителем новгородской шахматной школы, если такая существует, конечно! В Подмосковье я впервые попал, когда был частью ProfChessClub – как раз тогда впервые стал чемпионом России по своему возрасту. Как только клуб прекратил свое существование, я вернулся в Новгородскую область. Если про Уральский государственный горный университет, то я представляю его и сейчас, тут особо секрета нет… «Русскую шахматную школу» представлял на нескольких командных чемпионатах – это часть профессиональной карьеры, в шахматах часто играешь сразу за несколько команд в разных лигах, так поступают все. Как получилось, что снова поменял Новгород на Московскую область? Здесь тоже все предельно ясно – новым президентом федерации у нас стал человек, с которым я не хочу иметь ничего общего. Почему именно на нее? Я думаю, эта федерация, пожалуй, самая динамично развивающаяся в стране, к тому же, мой тренер тоже представляет Московскую область.
– О каком тренере речь?
– Это – Владимир Поткин. Периодически мы с ним проводим сборы, в остальное время я работаю сам…
– К слову, ты занимался у нескольких сильных тренеров… Кого считаешь тем, кто «научил играть в шахматы»?
– У меня действительно большой опыт работы с замечательными тренерами… Но, к сожалению, ни с кем не работал достаточно долго, чтобы можно было выделить его. Но всем очень благодарен! Пожалуй, выделю первого тренера – Григория Петровича Особливого, который буквально научил меня играть, и Дмитрия Вадимовича Кряквина, при его помощи и поддержке я стал чемпионом России в своем возрасте. Хотя, если посмотреть, свой самый большой прорыв в шахматах я совершил где-то в возрасте 16-17 лет, когда у меня… вообще не было тренера.
– Много ли у тебя друзей среди шахматистов? К примеру, входит в их число твой сверстник Есипенко? Какие у тебя складываются отношения с твоими конкурентами вне шахматной доски?
– Признаться, у меня довольно мало друзей среди шахматистов. Но и врагов не сильно больше… Со всеми ровные, спокойные отношения. В том числе и с Андреем Есипенко. Меня это вполне устраивает.
– А как складывались отношения с близкими к тебе по возрасту иностранцами?
– С ними у меня начали строиться отношения уже в сознательном возрасте, когда я, наконец, выучил английский… Про иностранцев могу сказать то же, что и о наших: со всеми отношения нормальные, но не больше.
– Твое поколение – это кто? Фируджа, Ниманн, Эригайси, Лян? Много ли ты с ними играл, есть, что вспомнить?
– Состав игроков, конечно, интересный! Но… на детских турнирах мы почти не пересекались, в основном я играл с ними уже во взрослой жизни (только с Ляном не встречался еще ни разу). К слову, счет с перечисленными у меня 5,5-0,5 в мою пользу, причем все – черными. Буду рад сыграть еще – у них со мной не очень складывается.
– Как думаешь, почему сейчас не играешь с ними в одних турнирах? Что и в какой момент пошло не так?
– Чтобы сказать, что «что-то пошло не так», надо считать, что что-то пошло не так. А я не вижу в своем нынешнем положении ничего плохого, все растут в разном возрасте. Когда идет сравнение с индийцами, узбеками, все хотят, чтобы мы боролись с ними на равных прямо сейчас, но никто не смотрит на уровень поддержки игроков.
– Он у них выше, чем в России?
– Да. Причем, заметно…
– В 2023 году ты стал вторым на чемпионате мира «до 20». Как думаешь, если бы ты сумел победить, это помогло получить больше известности, может, больше спонсоров, приглашений в сильные турниры?
– Я очень сомневаюсь, что победа в турнире «до 20» сильно помогла бы.
– А что сказалось отрицательно? Наверное, ковид, а потом ограничения, наложенные на российских игроков?!
– И то, и другое. Как раз перед ковидом я стал гроссмейстером, был на подъеме, но все точно рассыпалось в прах. Выход из пандемии лично для меня оказался очень тяжелым… Ограничения неприятны в первую очередь для моего рейтинга. Так, например, в 2022 году я имел приглашения на ряд сильных европейских турниров, однако мне четко дали понять, что меня не ждут. А Европа, что ни говори, в вопросе фарма рейтинга – это лучшее место!
– Знай ты заранее обо всех этих проблемах, принял бы решение стать шахматным профи?
– Думаю, что все равно принял бы решение идти в профессионалы. Что-то серьезно поменять в моем случае можно было бы, когда мне было лет 9. Но после этого уже вряд ли – жаба задушила бы!
– Рассматривал ли для себя какие-то «альтернативные» варианты помимо шахмат?
– Нет. Шахматы – это мой выбор.
– Сколько дней в году ты уделяешь им, если сложить вместе соревнования и подготовку?
– Примерно 365, раз в четыре года – 366. Если посчитать всё и сразу. Даже если в какой-то день не беру шахматы в руки, чаще всего все равно готовлюсь. Занимаюсь спортом, например, или смотрю, как другие работают.
– Есть ли среди шахматистов какая-то «ролевая модель», тот, на кого тебе хочется быть похожим?
– Назову Петра Вениаминовича Свидлера, он обладает шикарным динамичным стилем игры. И, что лично для меня особенно важно, помимо всех его шахматных талантов с ним невероятно интересно общаться!
– Как часто ты играешь? По твоим ощущениям – это много, мало или в самый раз? Какие турниры предпочитаешь и делишь ли их на важные и не очень, насколько придирчив к выбору условий, состава участников и пр.?
– В прошлом году играл явно больше необходимого, ко 2 ноября наиграл 113 классических партий, это – перебор. В этом году стараюсь так сильно себя не загружать. Где играть? Люблю играть в интересных местах и, разумеется, с сильными соперниками. Но… приглашений у меня по разным причинам почти нет. По сути – это только Суперфинал чемпионата России да турнир имени Карпова в Ханты-Мансийске, да и туда попал в последний момент.
– Сложно ли сегодня играть на уровне 2600+, насколько сильна конкуренция?
– Конкуренция всегда была высокой, а сейчас постоянно появляется много сильных игроков, и далеко не всегда их рейтинги говорят об их истинной силе. Теперь в каждой партии надо показывать свой уровень игры.
– Что мешает подняться на 2650-2670 и удержаться там? Почему твой рейтинг постоянно «скачет»?
– Я бы сказал, что мой рейтинг не скачет – он «приклеился» к 2600. Играя в России, сложно прибавлять, а у многих молодых ребят и даже сильных гроссмейстеров сильно занижены рейтинги. Ощущается сильная дефляция… Чтобы прибавлять, надо или играть в подходящих турнирах и при этом быть в хорошей форме, или не просто прибавлять в силе игры, причем прибавлять значительно.
– Так получается, что твои самые яркие результаты приходятся на Суперфиналы чемпионата России. Согласен ли с этим и почему так получается? Начиная с 2022 года, когда ты хоть и занял последнее место, но всем запомнился!
– Дело в том, что я сильно выделяю чемпионат России среди других турниров в календаре… Бывают и косяки, как в 2022 году. Тот Суперфинал у меня не сложился в плане подготовки – отсюда и такой результат. В 2024 году я играл очень хорошо, но не хватило энергии на последние туры, и я только чудом не отвалился в полтинник, идя по дороге в «+2». В прошлом году я уже лучше понимал специфику турнира и знал, что главное там не проигрывать, а шансы «забить гол» обязательно возникнут, их только надо обязательно использовать. Так в итоге и получилось.
– Насколько тебя удивил прошлогодний успех? И то, что «+2» может принести единоличную победу?
– Это настолько плотный турнир, что победа с результатом «+2» меня совсем не удивила. Не уверен, что у кого-то в последнем Суперфинале были шансы наколотить больше. Кажется, только у Дубова часто были хорошие позиции, да я имел еще пару возможностей кроме как с Ветохиным и Ильюшенком, которые удалось использовать.
– Как чувствуешь себя, когда рядом с тобой такие игроки как Грищук, Артемьев, Дубов, тот же Есипенко, от которых все ждут победы, но побеждаешь – ты? Это как доказательство силы духа, уровня твоей игры?
– Все действительно обычно ждут победы от фаворитов по рейтингу, это логично. Но многие очень плохо понимают, насколько сложно выиграть хотя бы одну партию в таком турнире! Все хорошо готовы, все очень плотно «выходят». Это тебе не «джентльменский» круговик, где люди пытаются играть весело – здесь всё очень жестко.
– Как восприняли твою победу в чемпионате России окружающие и как воспринял ее ты сам?
– Я был счастлив, что смог победить в таком сложном турнире. Теперь хочется повторить… А о том, как восприняли это окружающие, лучше спросить у них!
– Не разделил титул чемпиона России для тебя жизнь на «до» и «после»?
– К сожалению, нет. Для меня статус чемпиона страны по сути ничего не изменил – приглашений у меня больше не стало. Порой мне кажется, что их стало даже меньше…
– Как такое вообще может быть?
– Вопрос явно не по адресу.
– Не этим ли вызван твой спад в последних турнирах: «Корона», «Аэрофлот», турнир имени Карпова?
– Мое выступление на «Короне» и турнире Карпова действительно можно отнести к моим провалам, я очень много очков недобрал там. Если бы я знал, чем вызван спад, его точно не было бы… Отдельно идет «Аэрофлот» – его бы я не стал назвать неудачей: все-таки я прибавил 9 пунктов, набрал в нем ровно столько очков, сколько смог, и будь в нем стандартный или усеченный Бухгольц, как первый «доп», – я был бы вторым! Мне просто очень не повезло, что там уникальные коэффициенты, как по мне утратившие свою актуальность и справедливость, примерно как рулетка. Два года назад я играл в «Аэрофлоте» чудовищно плохо, набрал на пол-очка меньше, чем в 2026-м, сыграл только с одним шахматистом с рейтингом 2500+ и занял место выше чем сейчас, сумел обогнать даже Грищука, который весь турнир не слезал с первых двух столов. И в тот раз, и сейчас это было не слишком-то справедливо.
– Сразу после Ханты-Мансийска тебя ждет командный чемпионат России. На что может рассчитывать команда из Подмосковья, за которую кроме тебя будут играть Дреев, Сюгиров, Савченко, Землянский, Зверев? Реально ли ей в Сочи будет подвинуть с вершины команду КПРФ, за которую выступают Грищук, Дубов и Ко?
– Наша команда может рассчитывать на любое место, но, естественно, победить ей будет непросто… Ведь помимо КПРФ будут и другие сильные соперники. Приложим все силы, чтобы показать высокий результат.
– Место на одной из первых досок команды Московской области для тебя – вызов?
– Вызов – сильно сказано. Я готов играть на любой доске, там, где это будет нужно команде.
– Насколько хорошо вы друг друга знаете, есть ли у вас синергия, особые эмоции внутри команды?
– Из команды я мало с кем хорошо знаком, пожалуй, за исключением Санана. С ним у меня хорошие отношения и… сложный счет в бильярд!
– Какие личные цели ставишь перед собой в 2026 году? Ждать ли от тебя нового прорыва?
– Сейчас я пытаюсь обновить свою игру. Надеюсь, что у меня получится «освежиться», и прорыв не заставит себя долго ждать. Главное для этого – хорошо подобрать календарь турниров на оставшуюся часть года.