Лев ЗВЕРЕВ: «За доской я ничего не боюсь!»

Перед началом «Аэрофлот-опена» 2026 года его имя знали по большей части специалисты, он не сильно выделялся на фоне других талантливых молодых ребят из России. Да и стартовый 60-й номер вряд ли заставлял ждать от него прорыва… Однако то, что случилось в первые дни весны в самом центре Москвы, полностью перевернуло нашу картину мира

Международный мастер из Подмосковья Лев Зверев начал этот турнир столь же уверенно, как 1-й номер Непомнящий, и после пяти туров делил с ним лидерство – по 4,5 очка! В шестом туре они сыграли друг с другом. И довольно долго казалось неясным, почему у Яна на 250 пунктов больше?! Поражение от фаворита не сломило 16-летнего парня – он до последнего тура боролся исключительно с гроссмейстерами и выполнил балл.

Но куда большее впечатление, чем показанный им результат, оставили партии Зверева. Сочные, яркие и бескомпромиссные, в которых сам черт ногу сломит… Видно, что этот парень искренне влюблен в эту игру, – и он получает настоящее наслаждение, когда садится за доску!

– Начнем с представлений: кто ты, откуда, сколько тебе лет, как давно ты играешь, что считаешь своим главным достижением до «Аэрофлота»?

– Я Лев Зверев, мне 16 лет. В шахматах я с 4 лет. Пока главными своими достижениями считал выполнение норм, особенно ценными – в швейцарках, ведь для этого требуется больше усилий и немного удачи. Кстати, одну из норм международного мастера тоже выполнил в «Аэрофлот-опене»!

– Помнишь историю того, как ты увлекся шахматами? Что тебе в них понравилось? Играют ли у тебя дома?

– Играть научил папа. Мне было увлекательно находить решения задач, которые он мне давал, хотелось ещё и ещё. Присутствовал и азарт: дома в тот момент уже играла моя старшая сестра, и мне всегда хотелось догнать ее, обыграть. Сейчас играю только я, сестра сосредоточилась на учебе.

– Было ли какое-то событие или человек/тренер, которые заставили тебя относиться к шахматам серьезно?

– Яков Геллер. С ним мы занимаемся уже 7 лет, с начала 2019 года. Он не только дал мне массу знаний, но научил самостоятельно работать, объяснил особенности психологии: как себя нужно настраивать, как справляться со стрессом. Для меня он не просто тренер, а наставник, который очень много мне дал. Очень благодарен ему за это! Надеюсь, что наше сотрудничество в дальнейшем будет столь же продуктивным…

– Не задумывался, что ты в шахматах ты половину своей жизни?

– Уже не половину, три четверти! Они были со мной всегда. Шахматы для меня – неотъемлемая часть жизни, трудно представить себя без них.

– Как ты воспринимал свои первые победы – раньше и сейчас?

– Победе всегда радуешься, особенно если вложил в нее много сил. Но, думаю, в детстве достижения вызывали у меня более яркие эмоции. Сейчас к успехам я отношусь спокойнее, хотя… хорошие выступления мотивируют меня двигаться дальше в своем развитии.

– Был или есть ли у тебя кумир в шахматах? На кого тебе хотелось бы быть похожим и, на твой взгляд, возможно ли это?

– Наверное, ответ покажется банальным – для меня кумиром всегда был Магнус Карлсен. Универсальный игрок, который, кажется, хорош во всём. Мне бы хотелось играть на таком же уровне. Но в целом, я считаю, что не нужно пытаться стать на кого-то похожим, очень важно оставаться собой, делать то, что тебе нравится, сохраняя собственный стиль.

– Просматривая твои партии, часто остается ощущение, что прокатился на гоночном автомобиле без ремня безопасности! Играл всегда играл так остро или постепенно пришел к такому стилю? Боишься ли чего-то за доской?

– Сколько себя помню, всегда предпочитал острую тактическую игру. Так интереснее, такие позиции даются мне лучше. За доской я ничего не боюсь! Страх не поможет тебе победить, поэтому играть нужно смело.

– Ты сам специально сеешь бурю на доске или… так получается?

– Когда как. Тактическая игра мне нравится, поэтому иногда я стараюсь «подкручивать». Но только если такой шаг оправдан. Случается, что острые позиции возникают и сами по себе, так уж складывается партия. Но какая бы ни случилась позиция, стараюсь выжать из нее максимум.

– Бывают ли у тебя спокойные, позиционные партии, где не надо считать на каждом ходу, ведь далеко не все поддается счету!?

– Конечно. Необходимость в «остроте» есть не всегда, иногда разумнее сыграть позиционно, стараться потихоньку переигрывать оппонента, а не искать быстрый выигрыш с красивой жертвой. К тому же, против некоторых соперников в целом трудно получить чисто тактическую позицию, все-таки это сильно зависит от стиля игры оппонента.

– Как оценишь свой дебют, динамический миттельшпиль, эндшпиль?

– В дебюте, думаю, я подготовлен неплохо. Но миттельшпиль мне нравится больше всего. Зачастую это основная часть партии, в которой решается всё, так что главный упор я делаю на нём. Эндшпиль нравится меньше, все-таки он немного скучноват, возможно, любовь к нему придет позже!

– Как ты тренируешь свои способности?

– Занятия у меня практически каждый день, причём все разного формата: обычные тренировки, разыгрывания, групповые… Также я регулярно играю, так, по субботам езжу в ЦДШ на турниры или захожу на Lichess. И все время решаю задачки, слежу за турнирами и пытаюсь совершенствоваться.

– Какой твой любимый контроль: чем быстрее – тем интересней?

– Наверное, блиц, 3+2. Чем быстрее, тем интереснее, это правда. События развиваются стремительно, партии нередко получаются необычными. К тому же, здесь есть возможность пойти на какую-нибудь красивую жертву, ведь у соперника будет меньше времени, чтобы найти опровержение. Думаю, блиц в целом больше подходит для моего стиля.

– А классика?

– Ну, это «более серьёзные» шахматы, без них никуда, если хочешь стать топ-гроссмейстером. Но, если мы уж заговорили о форматах, то особенно мне нравятся шахматы Фишера. В таком формате больше пространства для импровизации и творчества, каждая партия получается необычной и яркой. В апреле собираюсь поехать на Grenke Chess, чтобы поиграть в них.

– То, что шахматы постепенно ускоряются, тебе нравится?

– Да, конечно. Если классика ускорится, то играть мне будет интереснее. А еще на партию, на турнир будет уходить меньше времени, что тоже плюс.

– Ты довольно много поиграл «в детях», но в последнее время в основном – со взрослыми. Легко ли тебе дался этот переход, в чем главное различие между ними и какие шахматы тебе нравятся больше?

– В детях я и правда засиделся, но время от времени играл и во взрослые шахматы. Так что переход дался в целом легко. В чем разница? Ну, детские шахматы – это больше про эмоции и титулы, где нужно набирать под 100% очков, чтобы стать первым и еще не потерять рейтинг. Взрослые шахматы более солидные – они скорее про развитие и рост мастерства. Готовиться труднее, заниматься надо больше, но этим они мне и нравятся!

– Кто твои лучшие шахматные друзья? Есть ли у тебя конкурент, с которым ты борешься с самого детства?

– Не думаю, что я могу назвать своих хороших друзей среди шахматистов. Со многими я в целом неплохо общаюсь, приятно пересечься, поболтать. Но разговариваю с ними в основном на шахматные темы, вне доски мы с ними почти не пересекаемся. А все мои лучшие друзья с шахматами знакомы или мельком, или вообще ими не интересуются.

Какого-то многолетнего конкурента тоже нет… Мне всегда было важнее собственное развитие, чем сравнение своих и чужих результатов.

– Много ли у тебя уже гроссмейстерских «скальпов»? Какие из этих партий включишь в свой «топ»?

– Конкретного счета я не веду, но, думаю, выиграл уже немало. Надеюсь, впереди ждет еще больше побед. Из последних мне понравились партия с Мартиросяном отсюда и блиц с Грищуком из чемпионата России.

– С каким чувством ты обычно выходишь на старт турнира? Бывает, что заранее предчувствуешь свой успех?

– Особых чувств перед турниром у меня обычно нет. Мне хочется сыграть в хорошие шахматы, показать лучший результат. Обычно я выхожу на старт спокойным, с чистой головой, без лишних мыслей и эмоций.

– Перед «Аэрофлотом» ничего не чувствовал? Считаешь, был в форме?

– Мне в принципе нравится этот турнир: в «Аэрофлоте» я выполнил норму международного мастера, да и контроль в этом году был укороченный… Но все равно, ничего особенного сейчас не ощущал, все было как обычно.

Что до формы, скорее «да», вышел на турнир хорошо подготовленным. Все совпало, – и результат получился вполне себе неплохим!

– Мог бы описать свои ощущения после первых побед? После того как ты обыграл Рязанцева? После перестрелки с Паравяном? После того как смог вырвать победу у Мартиросяна? Понимал: происходит что-то особенное?

– После первых двух партий ярких ощущений не появилось. Я был рад, что начал так удачно, просто хотел, чтобы все так же и продолжалось, старался не зацикливаться на эмоциях, а работать, показывать хорошую игру.

Партия с Паравяном была непростой, в какой-то момент моя позиция была проигранной, но он допустил ошибку в цейтноте, за счет чего я получил даже перевес. Реализовать его не получилось, но я все равно в был доволен.

С Мартиросяном было сложно, но интересно. Мне нравится, когда партии проходят насыщенно и заканчиваются для меня хорошо. Думаю, это вообще одна из лучших моих партий, сыгранных в последнее время.

Если говорить в целом о турнирном положении – у меня было 3,5 из 4, – не думаю, что полностью осознавал, что происходит что-то особенное. В целом, как уже говорил, стараюсь не зацикливаться. Я был доволен своей формой и игрой. Если о чем в тот момент думал, так это о выполнении нормы.

– Как прошла ночь после 4-го и 5-го тура, когда ты в свой день рождения обыграл Мартиросяна и Данешвара, сравнялся с Непомнящим и тебя ждала встреча с ним за 1-м столиком?

– Конечно, я был рад сыграть с Непомнящим. Всё-таки такое случается (я надеюсь, «пока») не так часто, и это отличный шанс себя проявить, чему-то у него научиться. К тому же, играть с топовым гроссмейстером после своего дня рождения, на который я сделал себе отличный подарок. Да, волновался, конечно, но совсем немного. Настрой на партию у меня был боевой!

– Не помешал ли ажиотаж, который ожидаемо возник вокруг этой партии, готовиться, а потом играть ее? Нервничал?

– Ажиотаж мне не мешал, новости и комментарии о турнирах, в которых я участвую, читаю не очень часто, а если и вижу — меня это никак не сбивает. Да, волновался немного, но больше был рад такой возможности.

– В какой момент ты понял, что… не так страшен черт? Ты ведь получил черными совсем неплохую позицию?

– Да, на самом деле в начале партия развивалась неплохо, позиция была примерно равной, и это равенство я старался удержать. Поскольку партия шла вполне нормально, где-то к середине понял, что, вероятно, волноваться и правда не стоит, даже если играешь с соперником такого уровня.

– Почему сбился в конце? Устал? Цейтнот? Может, нервы? Сказал ли тебе что-нибудь Ян после партии?

– В конце я зевнул. Это действительно было обидно, ведь ничья казалась уже близкой. Думаю, отчасти это произошло из-за цейтнота, Непомнящий всю партию «давил» по времени. После партии мы немного обсудили, в том числе, он поделился своим опытом игры в схожем окончании.

– Далее ты сыграл с Грищуком, с Шимановым, с Дубовым… Какие были ощущения? Или после партии с Непо тебя было уже ничем не испугать?

– Полагаю, мне сильно повезло с жеребьёвкой… Играть с шахматистами такого уровня – это крутой опыт. Но особенно приятно, когда против сильных соперников партия не заканчивается твоим поражением. Что же до волнения, то после партии с Непомнящим и правда уже не так волновался. К примеру, с Грищуком я до этого уже играл.

– Ты показал перфоманс 2675 при собственном рейтинге 2453. Что ближе к истинному уровню твоей силы игры?

– Думаю, сейчас я играю примерно на свой рейтинг или, может, немного повыше. К сожалению, пока не хватает стабильности, поэтому говорить про условные 2600 пока не стану. К тому же для такого рейтинга мне нужно еще многое улучшить в своей игре.

– Непомнящий в своем блоге сказал, что ты, Чертков и некоторые другие молодые ребята из России явно недооценены, что будь у вас больше опыта серьезных испытаний, вы прямо сейчас играли бы еще сильнее!

– Было приятно увидеть этот комментарий и положительную оценку моей игры. Всегда интересно и полезно получать обратную связь от таких как он, безусловно, меня радует, когда обо мне говорят что-то хорошее.

– Чего, на твой взгляд, тебе не хватает, чтобы сейчас играть на уровне других молодых россиян – Макаряна, Гребнева, Нестерова?

– Возможно, не хватает понимания. Может, иногда опыта. Более того, все перечисленные игроки проводят объемную и классную самостоятельную работу. Думаю, мне в этом аспекте тоже следует прибавить.

– О тебе говорят сильно меньше, чем о твоих сверстниках – Землянском, Ускове и некоторых других ребятах… Как считаешь – справедливо?

– Думаю, справедливо. Рейтинг у ребят повыше и они не раз выигрывали крупные турниры, взять хотя бы олимпиаду! Более того, они намного чаще участвуют в каких-то проектах и в медийном пространстве.

– За счет чего можно, и можно ли, изменить эту ситуацию?

– Наверное, стоит играть лучше, становиться сильнее. В таком случае мои результаты все скажут сами за себя.

– Что планируешь делать после «Аэрофлота», а главное – изменил ли этот турнир тебя внутренне?

– В целом, жизнь идет своим чередом, никаких изменений не произошло, и сейчас я думаю не о том, что было на «Аэрофлоте», а о следующих турнирах. Но, возможно, он поможет мне стать немного увереннее.

– Какие ставишь перед собой цели на ближайшее время – полгода, год?

– Главная цель – выполнить последнюю норму и стать гроссмейстером. А в целом, хотелось бы поднять рейтинг, начать играть сильнее.

– Считается, что если чем-то профессионально заниматься со столь юного возраста, это отбирает детство? Можешь ли сказать о себе, что тебе чего-то не хватало: игр, развлечений, общения со сверстниками, друзей?

– К счастью, мое детство прошло отлично, за что благодарен своей семье. Шахматы мне нравились, никогда не было в тягость заниматься ими, я хотел этого сам, а поэтому нет и ощущения «потерянного» детства… Не хватало ли мне чего-то? У меня было достаточно игр, развлечений, общения и друзей. В моем случае шахматы никогда не мешали жить и быть самим собой!