Алиса ЮНКЕР: «Удар я держу неплохо!»

В рядах спортсменов Подмосковья пополнение – одна из главных шахматных звездочек страны, если не всего мира – Алиса Юнкер теперь будет представлять ФШМО! Впрочем, «звездочкой» ее можно назвать условно. Несмотря на свои 11 лет, она думает и ведет себя как настоящий профи, который знает, что хочет.

В ее «трофейном шкафу» почти не осталось свободного места, а надеть сразу три медали после очередного детского первенства – за классику, рапид и блиц – для нее в порядке вещей. В последние годы бренд «Юнкер» распространяется с бешеной скоростью. О существовании этой чудо-девочки знают тысячи людей, в том числе за пределами шахматного мира, она постоянно ходит по эфирам, дает интервью и пишет статьи, а на ее шахматный канале в YouTube больше 350,000 подписчиков! Ее везде хотят видеть, она желанный гость в любом турнире, с ней хотят дружить, общаться и вот-вот начнут предлагать рекламные контракты. 

Это интервью не получилось бы таким интересным и содержательным если не мама Алисы Кристина. Она – настоящий ангел хранитель своей дочери, который успевает абсолютно за всем, что происходит вокруг «будущей чемпионки мира». Несмотря на то, что на всей вся огромная семья: старший сын Олег и двойняшки Глеб и Герман, который, кажется, стал чуть ли не популярнее самой Алисы.

– Как думаешь, если в момент, когда ты только познакомилась с шахматами, сказали, что к 12 годам ты… выиграешь все турниры на свете, – поверила бы?! Не кажется ли, что всё, что происходит вокруг тебя – какая-то сказка?
– Сейчас уже трудно вспомнить что-то определенное. Безусловно, когда я начала заниматься, то я мечтала о медалях, кубках, аплодисментах на церемонии награждения. Скорее всего, все эти мечты были достаточно скромными. Но уже тогда присутствовали амбиции и надежда на успех.

– Обычно, когда людей, многого достигших в своем деле, спрашивают, как им это удалось, они обычно говорят, что в их успехе примерно 20% таланта и 80% труда. Каким находишь соотношение у себя?
– Наверное, 50 на 50. Причем можно трактовать это соотношение по-разному. Либо в пользу моего таланта (как предпочитаю думать я). Либо, напротив, в ущерб трудолюбию (версия моего тренера).

– Ну, а когда ты стоишь на пьедестале, особенно на верхней его ступени, вспоминаешь, чего это стоило?
– Нет, обычно не вспоминаю. Без сомнений, это радостный момент, но особой эйфории я не испытываю. Основные эмоции я обычно переживаю ранее – от хорошо сыгранной партии, победы над сильным соперником, в ключевом турнире. А к моменту церемонии награждения все страсти и чувства потихоньку утихают.

– Можешь сказать, что сегодня любишь шахматы так же сильно, как в момент, когда только узнала о них?
– Люблю еще больше.

– Можешь представить, что их в твоей жизни не было бы?
– Представить трудно. Всё в моей жизни так или иначе связано с шахматами – ежедневный распорядок дня, круг общения, путешествия, события, впечатления. И это меня вполне устраивает.

– Было ли у тебя в жизни какое-то другое занятие, которое увлекало столь же сильно?
– Такого занятия нет. Очевидно то, что тренировки на профессиональном уровне (в любом виде спорта) требуют ежедневного погружения в процесс – полностью и надолго. Параллельно заниматься чем-то серьезным очень сложно и удается лишь единицам.

– В семье, из родных или среди друзей еще кто-то играет?
– Да, конечно. Проще ответить, кто не играет (улыбается). Это наша бабушка, которая одновременно является одним из моих главных болельщиков, опорой и поддержкой для всей семьи. Дедушка у меня любитель. Играет, наверное, в силу первого спортивного разряда.
Мама играет слабее, но зато неплохо ориентируется в турнирах, шахматной литературе и различных онлайн-платформах. Кроме того, все трое братьев тоже шахматисты. Старший, Олег, к 14 годам сдал экзамен и получил удостоверение спортивного судьи. В его практике насчитывается уже немало соревнований в этом качестве.
Что касается моих младших братьев-близнецов Германа и Глеба (им по 9 лет), то хоть они и начинали тренироваться одновременно, однако сейчас уровень их игры совершенно разный. У Глеба рейтинги примерно 1200–1400, у Германа 1600–2000. А всё из-за того, что Герман более усердный и целеустремленный. В итоге он многократно становился призером и победителем московских первенств, а в 2025 году завоевал титул вице-чемпионом мира по блицу в своем возрасте.

– Как реагируют сверстники, когда узнают о том, что ты – шахматистка? Меняется ли их отношение к тебе, когда узнают, что ты не просто играешь, но еще и выиграла массу титулов?
– Трудно что-то сказать про реакцию. Большинство моих знакомых давно знают о достижениях, поскольку они из мира шахмат. Какой-то особой реакции, наверное, нет. Кроме того, я специально никогда не рассказываю про свои титулы и успехи. Мне кажется, самой заводить разговор неуместно, если у тебя об этом специально не интересуются.

– Нравится ли тебе то, что ты всё время – в центре внимания? Бывает, что хочется от всех убежать?
– Какого-то особенно большого ажиотажа я никогда не наблюдала. Может, его и не было. Либо просто не обращала внимания. Я отношусь совершенно спокойно к своей медийности и публичности. С одной стороны, я не испытываю от них дискомфорта, с другой – не переоцениваю, не хвастаюсь и не зазнаюсь. Это просто часть моей жизни. Безусловно, увлекательная и приятная. Но не более того.

– Но если вдруг возникает такое желание, что ты делаешь?
– Я не прячусь, потому что стресса нет. Есть физическая усталость от перелетов, поездок, утомительных партий. Тогда я просто стараюсь отдохнуть в сторонке, скажем, в кресле. В тишине или слушая любимую музыку. Меня часто спрашивают: как я контролирую свои переживания и сильные волнения? А их обычно и нет. Бывают обидные партии, когда упускаешь выигрыш. Или еще что-то подобное. Но я на этом не зацикливаюсь.

– Понятно, что у тебя очень часто берут интервью. Помнишь ли свой первый разговор, первую заметку, в которой написали про себя?.. Что в тот момент подумала? Сохранила ли ее или тут же забыла?
– Первые разговор или заметку не помню. Наверное потому, что по общепринятым меркам различных интервью и статей было немало. Вспоминаются отдельные локации некоторых съемок – в парке, у нас дома, в прежней спортшколе.
Из последнего можно выделить телепередачу для телеканала «Доверие». Тогда в студии мне задавали много вопросов не на отвлеченные темы, а именно про шахматы, что мне очень нравится.
Помимо репортажей были еще различные статьи – в городских периодических изданиях, а также в спортивных газетах и журналах («64», «Спорт-Экспресс»). Наряду с этим, мы неоднократно участвовали в написании статей для журнала «Шахматный совёнок» – я комментировала свои партии и делилась впечатлениями, а мама составляла общий текст о турнире.
Иногда случается, что кто-то из авторов пишет о моей игре на крупных турнирах, но я об этом не в курсе. В любом случае, я очень уважаю труд журналистов, авторов и фотографов. Они помогают узнать о шахматах много интересного, преумножая их популярность.

– Просили ли у тебя когда-нибудь автограф, селфи – не только на победном шахматном турнире, а в обычной жизни?
– Да, у меня периодически просят дать автограф или сделать селфи – и в России, и во время поездок на международные турниры. Наверное, эту известность можно объяснить еще и тем, что у нашей семьи есть свои соцсети, а также канал YouTube, который за несколько лет уже насчитывает свыше 350.000 подписчиков («The Yunkers’ chess»). Причем с моим братом Германом за границей фотографируются даже чаще. Он там популярнее меня, потому что играет очень остро и эмоционально, завоевывая множество симпатий.

– Как чувствуешь себя, когда приглашают дать сеанс одновременной игры или сделать что-то в этом роде?
– Это интересный и в то же время чрезвычайно полезный опыт. Я с удовольствием соглашаюсь на подобные предложения. Например, в июле по приглашению ФШР я давала сеанс одновременной игры на открытии сезона «Робостанции» на ВДНХ. После игры со всеми желающими (помимо меня сеанс давали Коля Клеймёнов и Айдан Гафуров) организаторами была предложена очень увлекательная программа по осмотру интерактивной выставки. Очень интересная экспозиция! Особенно нам понравился Робопес. Было бы здорово завести такого питомца дома, поскольку в связи с частыми разъездами домашних животных у нас нет.
В заключительной части программы каждый из сеансеров сыграл партию с шахматным роботом. Причем не с тем, которого изобрел папа Александры Костенюк, а с более новой модификацией. Состязаться было очень сложно, робот практически не давал никаких шансов и не допускал ни единой слабости. Этот день на «Робостанции» принес нам массу положительных эмоций и оставил незабываемые впечатления.

– Когда много тренируешься и участвуешь в соревнованиях, где от тебя все ждут побед, влияет ли это на характер – становишься ли ты жестче, суше? Нравится ли тебе такие перемены в себе, если они происходят?
– Новых побед я и сама хочу. Какого-то сильного давления извне по этому поводу нет. Пожалуй, с течением времени я стала чуть суше, чтобы не поддаваться чужому влиянию. Но по другой причине. Порою у окружающих возникают насчёт моих успехов противоречивые чувства – не только симпатия и радость, но и зависть, к сожалению, тоже. Поэтому нужно быть готовой к негативным комментариям и поступкам. Хотя это редкость.
В остальном мне очень повезло с окружением, родными и близкими. Они меня очень поддерживают, дают ценные советы, помогают двигаться дальше. Что касается иных изменений в моем характере, то я стараюсь постепенно повышать уровень самодисциплины (в частности, контролировать свой распорядок дня, самостоятельно и добросовестно изучать новый материал, не отвлекаться на посторонние вещи). Это чрезвычайно важно для дальнейшего спортивного роста. В общем и целом, я не слишком сильно меняюсь с годами. Наверное, можно утверждать, что многие качества, полезные для шахматиста, присутствуют в моем характере с самого рождения (улыбается).

– Еще говорят, при столь ранней профессионализации «отнимают детство». Чувствуешь ли, что ты чего-то лишилась – как минимум, 2-3 беззаботных лет, когда можно ни за что не отвечать…
– Наверное, изначально не соглашусь насчёт «беззаботных лет». Поскольку с самого младшего возраста практически все дети заняты чем-то полезным. И это совершенно естественно и оправданно, поскольку полезно прежде всего для них же самих.
Если хочешь достигнуть успеха в любой области, нужно посвящать этому много сил и времени. И желательно с малых лет, когда информация лучше усваивается. Опять же, в школе сейчас очень осваивается очень серьезная и объемная программа, особенно в профильных классах. Нужно проявлять усердие, иначе впоследствии будет трудно сдать экзамены, поступить в институт и найти хорошую работу.
А я занимаюсь тем делом, которое очень люблю, получаю удовольствие от самого процесса и в котором мне удается достигать достойных успехов. Как на это можно жаловаться? Кто-то, к примеру, любит читать помногу часов ежедневно. Не отбирать же у него книги, чтобы обеспечить беззаботное детство?

– Много ли у тебя тренеров, преподавателей? Как складываются с ними отношения? Кто кого выбирает?
– В этом году мне больше всего помогали два тренера. Прежде всего, это гроссмейстер Михаил Геннадьевич Демидов (он одновременно еще работает со всей юношеской сборной России). И Павел Александрович Плотников – он мой тренер из прежней спортивной школы. Кроме того, я много занимаюсь самостоятельно. Вместе с братом мы анализируем партии, наигрываем дебюты и различные типы эндшпилей…

– Сколько времени ты уделяешь занятиям шахматам – в день, в неделю, в месяц? Чем и как в основном занимаешься на них?
– В день я уделяю примерно 2-3 часа на теорию: по материалам от тренера изучаю все стадии игры – дебют, миттельшпиль, эндшпиль. И еще несколько часов я трачу на решение задач и игровую практику. Вместе с тем, мой тренер совершенно справедливо считает, что для стабильного роста в шахматах (особенно в классике) времени на теорию нужно уделять больше. Но я не слишком люблю долго сидеть дома за компьютером. Зато мне очень нравится играть на турнирах – в Москве, Подмосковье, в России и за рубежом. Поэтому мои темпы по освоению теории пока далеки от идеальных.

– Есть ли у тебя какой-то любимый вид тренировок, которого всегда ждешь с особым нетерпением?
– Мой любимый вид тренировок – игровая практика, причем желательно быстрые контроли. Хотя я понимаю, что пользы это приносит гораздо меньше, чем фундаментальное погружение в теоретические основы.

– Как хорошо ты знаешь классику и историю шахмат? И кто – твой главный авторитет в оценке позиции? Компьютер?
– Немного знаю. Мой тренер старается объяснить мне не только полезный для практики материал, но и развивает мой кругозор, рассказывая о знаменитых шахматистах и событиях на протяжении всей истории шахмат.

– Как много работаешь с компьютером, и считаешь ли, что его алгоритмам поиска хода лучше, чем игра «по Капабланке», «по Талю», а может быть, «по Карлсену» или «по Накамуре»?
– Я периодически анализирую сыгранные партии с компьютером, когда возникает такая необходимость. Но в то же время помню, что немало позиций, которые движок оценивает как выигранные, человеку реализовать сложно, некомфортно или порою опасно для результата.
Я часто выбираю схему именно из тех соображений, что позиция меня устраивает, я четко представляю реализацию дальнейших планов и идей. Компьютер – помощник, но не панацея.

– Есть ли у тебя любимый стиль игры? Что нравится, к чему ты стремишься за доской? И главное – получается ли?
– Мой стиль, как выражается тренер, – это «перекат». Постепенно, ход за ходом, улучшать свою позицию и подлавливать соперника на неточностях. Особенно в эндшпиле.

– Насколько ты ответственная, послушная: стараешься, чтобы всё было как тебе говорят взрослые: родители, учителя, тренеры? Или хочешь все делать по-своему, так, как считаешь нужным?
– Мы с тренером и мамой постоянно обсуждаем и советуемся: как будет лучше для меня, игры, роста. Поэтому я не заставляю себя слушаться взрослых. Я знаю, что их советы в первую очередь пойдут на пользу именно мне.

– Когда говорят о новой талантливой девочке в шахматах, то ее невольно сравнивают с Полгар или с Хоу Ифань. Есть ли (или был) у тебя когда-нибудь кумир среди шахматисток. Если был – кто она? Если нет – почему?
– Именно кумира у меня никогда не было. В то же время, мне нравятся несколько шахматисток – Валентина Гунина, Екатерина Лагно, Александра Костенюк. Я искренне радуюсь их победам и по возможности слежу за турнирами, в которых они участвуют.

– Та же Полгар с самого детства принципиально старалась не играть ни с детьми, ни с женщинами. Были ли у тебя когда-то схожие мысли, делишь для себя шахматы на мужские и женские?
– Безусловно, мужчины в общей массе играют сильнее. Поэтому для опыта и роста важно играть в смешанных турнирах, желательно старше своего возраста. У папы Юдит Полгар – Ласло – есть статьи, в которых излагается и наглядно показывается в графиках следующая идея: чем чаще юниорка играла в мужских турнирах (= с сильными соперниками), тем высшего пика в шахматах она достигнет.

– Чем тогда мужские шахматы отличаются от женских? В какие хотелось бы играть?
– Мужские шахматы сильнее и точнее (если брать в общей сложности, не рассматривая исключения). Конечно, мне хочется быть похожей на сильнейших.

– Как далеко распространяются твои амбиции? Стать мастером, гроссмейстером, чемпионкой страны, чемпионкой мира?
– Мои амбиции – продолжать профессионально расти. В детских шахматах (в своей возрастной категории) я уже неоднократно становилась чемпионкой Азии, мира, страны – в различных контролях. В 10 лет мне было присвоено звание WFM (женского мастера FIDE).
Поэтому дальнейшие цели вполне ясны и предсказуемы – выполнение более высоких званий и победы в турнирах среди более старших возрастов. (Прежде всего, в классике. Она особенно важна и требует серьезной работы.)

– Есть ли у тебя ориентиры, по кому ты сверяешь свой уровень, достижения? Есть ли план: когда и что ты должна достичь?
– Есть некоторые ориентиры и, соответственно, план – получить звание WIM (женского международного мастера) ранее Александры Костенюк, примерно к 13,5 годам. Первую из трех норм я выполнила в июне. Осталось выполнить еще две нормы и поднять рейтинг до требуемого. В остальном – по обстоятельствам. Главное, постоянно улучшать качество игры. А цели найдутся.

– Следишь ли ты за сверстницами: в России и в мире? Важно ли, как они играют, чего достигли? Следишь за своими сверстниками среди мальчиков – за тем же Оро или Шогджиевым?
– Специально ни за кем из ровесников я не слежу. Если узнаю об их новых достижениях, то обычно из чтения спортивных новостей.

– Есть ли критерий самооценки, который позволяет понять тебе, что ты сделала всё, что могла?
– Главный критерий – насколько я качественно сыграла. Даже если завоевываешь первое место, а в партиях много ошибок, то радость от побед уже не та…

– А что лучше: занять первое место, даже если остался осадок от своей игры, или быть довольной игрой, но не добиться результата?
– Конечно, лучше согласно поговорке: быть здоровым и богатым. То есть показывать достойную игру и занимать призовые места. Как бы то ни было, но нельзя забывать о следующем важном правиле: место на пьедестале обычно гарантирует персональное право в командировании на аналогичное первенство в следующем году. С оплатой расходов игрока. Если не брать во внимание этот финансовый аспект, то я бы отдала предпочтение именно качеству игры.

– Как считаешь, кого в тебе больше – спортсмена или творца?
– От природы, наверное, во мне больше творца. Я люблю импровизировать за доской. А над некоторыми спортивными характеристиками – самодисциплиной, например, – еще предстоит потрудиться.

– Насколько ты психологически устойчива – поражения тебя закаляют, заставляют играть лучше или деморализуют, в общем, насколько хорошо ты «держишь удар»? Победа, добытая при высокой конкуренции – значимее?
– Удар я держу неплохо, поражения закаляют и дают полезный опыт. Особенно при высокой конкуренции. Проигранную партию детально разбираю и корректирую свою игру на будущее. Это помогает и в спортивном, и в эмоциональном плане.

– От чего получаешь больше всего удовольствия – от занятий, анализа интересной позиции или непосредственно от игры?
– От игры. Могу играть много часов подряд. Например, по выходным сначала офлайн турнир по рапиду, а затем – по блицу. Особенно когда комфортная обстановка.

– Бывало ли, что ты садилась за доску и не могла остановиться?
– Бывало и такое. Главным образом в хорошей компании, когда каждая новая партия добавляет азарта и всё больше увлекает.

– Снятся ли тебе шахматы?
– Иногда снятся.

– Какой контроль – твой любимый? При каком чувствуешь себя уверенней всего и почему?
– Однозначно блиц. Он захватывает. Кроме того, я достаточно быстро и точно считаю короткие варианты, что очень важно для успеха в блице.

– Если бы у тебя была возможность играть только рапид и блиц, согласилась бы?
– Нет, не согласилась. Я люблю эти контроли, но классика намного важнее. Она тренирует глубину, расчет вариантов, концентрацию, выносливость. Иначе можно быстро деградировать в профессиональном плане.

– Какие качества проявляются у игрока, когда на часах – считанные секунды?
– В цейтноте важны такие качества, как концентрация, выдержка, умение быстро считать, находить крепкие ходы и не паниковать.

– Кто, на твой взгляд, лучший игрок мира в быстрых контролях – Карлсен, Накамура, Фируджа, может, кто-то другой?
– Затрудняюсь сказать. Наверное, Карлсен.

– Любишь ли ты играть онлайн? Если был бы реальный выбор – играть живьем или в сети – при примерно одинаковых призовых, наградах, кубках и т.д., – что бы в итоге выбрала?
– Совершенно точно я бы выбрала игру вживую. Даже по моему графику ФШР это заметно (улыбается). На данный момент я сыграла в офлайне свыше 750 турниров. В двухмерном пространстве всё иначе, будто ненастоящее, несерьезное.

– Тебе нравится живое общение с соперником и его реакции за доской? Или просто любишь путешествовать?
– Да, всё верно. Нравятся путешествия, общение, игровая обстановка, эмоции. Те же тактильные ощущения, когда передвигаешь фигуры и переключаешь часы. Всего этого в онлайне нет.

– Считали ли, сколько стран ты посетила с шахматными целями? Где понравилось больше всего?
– Количество стран я не считала. Пожалуй, больше всего мне понравились Дуррес (Албания) и Батуми (Грузия). Море, чудесная природа и дружеская атмосфера.

– Во время турниров успеваешь что-то посмотреть, как турист, или когда играешь, ты полностью поглощена игрой?
– Посмотреть, к сожалению, успеваю мало. График во время соревнований очень насыщенный. Например, на первенствах Азии или зональной Азии утром ты играешь заключительный тур классики, а после обеда – турнир по блицу (7-9 туров). Кроме того, к партиям нужно готовиться и максимально концентрироваться. Поэтому если в период соревнований отвлекаться на экскурсии и другие мероприятия, то, вероятно, это неблагоприятно скажется на результатах.

– Есть места, из тех, где ты побывала, но в которые хотелось бы вернуться, уже без всяких шахмат?
– Наверное, Грузия. А из тех мест, где я еще не была, я очень хочу побывать в Швейцарии. Я бы с большим удовольствием путешествовала по этим странам, любовалась природой, горами, посещала бы экскурсии в разных городах.
Кстати, и в Грузии, и в Швейцарии проводится немало хороших турниров, в том числе так называемые «опены» («open») – с нормами международных мастеров и даже гроссмейстеров. Так что при желании можно совместить приятное с полезным.

– Можешь представить свою жизнь, если бы у тебя всего этого не было?
– Нет, не могу. Наверное, для меня такая жизнь была бы очень скучной. Без любимого занятия, друзей, путешествий, турниров, встреч и многих других важных и радостных моментов. Пустота.

– Домой с турниров возвращаешься с удовольствием? Скучаешь ли по родным, по друзьям, по своему уголку?
– Поскольку я путешествую с мамой и братом Германом, часть семьи всегда со мной. А с бабушкой, дедушкой и двумя другими братьями мы всегда можем пообщаться – в любой точке мира через различные средства связи.

– Бывают дни, когда ничего не хочется, просто повалять дурака? Если выпадают такие дни, где тебя можно найти? Чем ты увлекаешься, как расслабляешься, как отдыхаешь?
– После длительных поездок нередко присутствует усталость. Особенно после турниров с классическим контролем, когда день за днем нужно надолго и очень глубоко погружаться в работу за доской. В таких случаях я просто какое-то время лежу на диване, слушаю музыку, общаюсь с друзьями в соцсетях. Иногда читаю книги или выхожу на прогулку. Но обычно через несколько часов отдыхать всё равно надоедает, и я начинаю играть онлайн или делать тактические задачки.

– Что входит ли в круг твоих интересов? Книги, музыка, кино… Смотришь ли телек, YouTube, ходишь ли в кино?
– Я люблю слушать современную поп-музыку, особенно песни в исполнении Рианны. Иногда смотрю фильмы в жанре фэнтези. YouTube еще реже. Это забавно, поскольку мы с братьями постоянно снимаемся для своего собственного канала. У него даже есть трофей «Серебряная кнопка». Но свои видео (в основном партии с турниров) мы почти не пересматриваем, как и контент других каналов.

– Есть ли любимые авторы, герои, сюжеты и т.д. А главное – есть ли друзья по интересам?
– Мне нравится жанр фэнтези – книги и фильмы. Герои самые различные, кого-то одного нет. И у меня почти все знакомые – по интересам. Это шахматисты (улыбается). Их очень, очень много! Со всех континентов мира и самых различных возрастов. Мы с ними обсуждаем множество тем помимо шахмат. Вместе радуемся и поддерживаем друг друга.

– Есть ли у тебя персональные болельщики – не только среди родственников? И чего они тебе обычно желают?
– Болельщиков, думаю, достаточно много – благодаря соцсетям, каналам YouTube (нашему и некоторым другим в мире шахмат) и иным медиаресурсам.
С одной стороны это, конечно, приятно и подчас поддерживает в трудную минуту. С другой стороны, популярность возлагает дополнительную ответственность. Нужно изо всех сил стараться показать красивую и эффектную игру, чтобы служить достойным примером.

– Много ли времени отнимает у тебя школа, насколько серьезно относишься к ней, хорошо ли учишься?
– Я учусь в школе дистанционно, поскольку на шахматы (изучение теории, игровую практику, поездки) уходит основная часть времени. Мой любимый предмет – география. Математика мне тоже нравится. Пока справляюсь, хотя с пятого класса программа существенно сложнее (сейчас я перешла в шестой).

– Думала ли над тем, какую профессию хочешь получить помимо шахмат, и почему именно ее?
– Наверное, что-то связанное с педагогикой. Чтобы потом стать тренером и передавать свой опыт.